Напишем

Ученик школы в Лонжюмо. И. С. Белостоцкий

Напишем

«Первыми приехали питерцы — два рабочих-метал­листа: Белостоцкий (Владимир), другой — Георгий (фамилии не помню)… Затем приехали двое москвичей: кожевник, Присягин, другой—текстильщик, не помню фа­милии…»

Это из воспоминаний Н. К. Крупской о В. И. Ленине. Люби л Иван Степанович перечитывать их, потому что они о самом дорогом в его жизни. Он несколько раз встречался с Владимиром Ильичем, но то были все мимо­летные встречи. Тогда же, в партийной школе в Лон­жюмо, он был рядом с Ильичем почти три месяца.

«Первыми приехали питерцы — два рабочих-метал­листа: Белостоцкий (Владимир), другой — Георгий (фамилии не помню)… Затем приехали двое москвичей: кожевник, Присягин, другой—текстильщик, не помню фа­милии…»

Это из воспоминаний Н. К. Крупской о В. И. Ленине. Люби л Иван Степанович перечитывать их, потому что они о самом дорогом в его жизни. Он несколько раз встречался с Владимиром Ильичем, но то были все мимо­летные встречи. Тогда же, в партийной школе в Лон­жюмо, он был рядом с Ильичем почти три месяца.

В сентябре 1911 года питерцы с богатым грузом нелегальщины вернулись из Лонжюмо в столицу, их вве­ли в состав Петербургского комитета РСДРП. А летом двенадцатого Белостоцкого под конвоем доставили в ка­бинет начальника жандармского управления в Туле (он тогда работал здесь). От жандарма (бывает же такое!) Белостоцкий узнал, что на Всероссийской партийной кон­ференции в Праге, состоявшейся в январе 1912 года, его заочно кооптировали в Центральный Комитет РСДРП.

Несколько месяцев продолжались допросы. Знали о нем многое. Семь лет партийного стажа — работа среди рабочих Николаева, Макеевки и Бежицы, копей Донбас­са, питерских заводов, Кавказа, Москвы и Тулы. Многое о нем знали, но не все, иначе бы не отделался ссылкой.

В пятом году, вступившись за рабочего, он застрелил казака. За это полагалась виселица.

В северном селе. Усть-Цильма нашло его письмо На­дежды Константиновны Крупской. Как тронула его эта весточка из далекого Парижа: Ильич помнит о своих учениках, беспокоится.

Белостоцкий вновь встретился с Владимиром Ильичем во вторую, самую тяжкую зиму Советской власти — весь Урал тогда находился под Колчаком. Отпросился у товарищей по Вятскому губисполкому на поездку в Москву. Понятно, как был занят Владимир Ильич, одна­ко его принял сразу. Позднее Белостоцкий вспоминал:

«Он усадил меня в одно из кресел, стоявших у пись­менного стола, сам сел в кресло напротив.

—  Настроение у вас, конечно, архискверное.

Я пробовал возразить, но Ленин перебил меня:

—  Не спорьте, именно так. И не скрывайте своих чувств, товарищ Владимир. Наоборот, если есть сомнения, надо их выяснить, иначе они вас загрызут, как голодные волки…

—   Тяжело рассказывать, Владимир Ильич.

—  Ничего, вам станет легче, а мне — полезно. Рас­сказывайте».

Иван Степанович подробно, ничего не скрывая, рас­сказал о той неразберихе, что стала причиной сдачи Пер ми белым. В. И. Ленин уточнял детали, делал помет­ки на листке бумаги. Потом он подошел к карте и стал объяснять, что делается, чтобы выправить положение на Восточном и других фронтах.

«— Вот,— сказал я в раздумье,— кругом фронты, везде враги. Скажите, Владимир Ильич, мы победим?

Ленин смотрел на меня внимательно, в уголках глаз светились добрые огоньки.

—  Обязательно победим!— ответил Владимир Ильич с большой силой убеждения.— Обязательно!!»

Вскоре после встречи с Ильичем Белостоцкого на­правили в тыл врага, он должен был действовать в ок­рестностях Златоуста. В конце мая вместе с другими товарищами перешли линию фронта, но вскоре уже были среди своих — Восточный фронт начал свое победное наступление.

На освобожденном Урале Ивану Степановичу довери­ли возглавить отдел здравоохранения в Екатеринбургской губернии, а затем всей Уральской области. Можно пред­ставить, как ему, столь далекому от медицины, было трудно, но он наладил лечебное дело и десять лет воз­главлял его, пока в 1930 году не получил новое партий­ное поручение.

Это был Челябинск — Тракторострой и ЧТЗ. Им Бе­лостоцкий отдал оставшиеся десятилетия своей жизни.

В войну Ивану Степановичу было за шестьдесят, но он был «офицерам Танкограда». И как все танкоградцы, без скидки на возраст, сутками не покидал цехи, чтобы дать фронту как можно больше боевых машин. Он рабо­тал в тылу, но во фронтовых сводках все равно мелькала его фамилия. У него было пять сыновей — в боях участ­вовали пять Белостоцких. Все они с честью выполнили отцовский наказ. На отдых Иван Степанович ушел уже тогда, когда ему перевалило за семьдесят, но и на пенсии был всегда на людях, среди молодых. Самым сокровенным делился с ними ученик Ильича, прошедший через три революции, две страшных войны.

Тремя орденами Ленина отмечен И. С. Белостоцкий. Челябинцы первым удостоили его звания Почетный гражданин города.

Улица И. С. Белостоцкого находится в Тракторозаводском районе. На доме (угол проспекта Ленина и улицы Свободы), где он жил, установлена мемориальная доска.

Напишем
Оценить статью
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Портал «Бизнес Страницы» Челябинск
Добавить комментарий